 Показатели прожиточного минимума многие из нас воспринимают как сухие и абстрактные цифры. На самом деле за этими цифрами стоит вполне реальная социальная политика государства. Именно показатели прожиточного минимума определяют размеры пенсий и всех видов социальной помощи, а в конечном итоге — благосостояние наиболее уязвимых групп населения Украины.
По рецептам Бухенвальда
Что же это такое — прожиточный минимум? Это денежная стоимость потребительской корзины, которая в настоящее время оценивается в 700 гривень на месяц. Если заглянуть в эту корзину, то в ней можно увидеть 42 наименования продуктов питания — в том числе молоко, сметану, мясо, рыбу, фрукты, ягоды и многое другое. Вроде бы, неплохо. Но если разбить госнормы на каждый день, то нашему взору представится совершенно дикая картина. Так, согласно прожиточному минимуму, „одному лицу“ положено в сутки 280 г хлеба, 7 г риса, 6 г гречки, 19 г рыбы, 5 г сала, пол-яйца и так далее. Желающие похудеть до дистрофического состояния могут выстраиваться в очередь. Причем правительственные эксперты умудрились впихнуть в эти 700 гривень не только расходы на питание, но и затраты на одежду, образование, здравоохранение, жилье, транспорт, и даже отдых.
Дальше продолжать нет смысла. И без того понятно — такое питание, как и то количество носков, костюмов, лекарств и прочих „богатств“, уложенных в минимальную потребительскую корзину, не обеспечивает даже нормального физиологического существования человека. Того самого человека, чья „жизнь и здоровье, честь и достоинство, неприкосновенность и безопасность признаются в Украине наивысшей социальной ценностью“ (Конституция Украины, ст.3).
Теория и практика
Закон „О прожиточном минимуме“ в Украине принят еще в 1999 году. Согласно ему, наборы продуктов питания, непродовольственных товаров и услуг должны пересматриваться не реже 1 раза в 5 лет, но этого не было сделано ни разу.
Согласно информации, которую Национальный институт стратегических исследований в ноябре прошлого года предоставил Комитету Верховной Рады по вопросам социальной политики, реальная стоимость украинской потребительской корзины (даже с теми „щедрыми“ нормами продуктов) уже в 2007 году должна была составлять 1250 гривень. Прожиточный же минимум в 2009 году составлял 532 гривни на человека. Иными словами, даже по расчетам правительственных экспертов прожиточный минимум был занижен практически в три раза!
Сегодняшняя потребительская корзина, с учетом бешеного роста цен на все и вся, оценивается специалистами уже в 1700 гривень на месяц, но официальный прожиточный минимум отстает от реалий в 2,5 раза. Вновь открываем Конституцию и читаем: „Пенсии и другие виды социальных выплат и помощи, которые являются основным источником существования, должны обеспечивать уровень жизни не меньше, чем прожиточный минимум, установленный законом“ (ст.46).
Преступное государство
В настоящее время почти всю „социалку“ вроде бы подтянули к прожиточному минимуму. Но как быть, если сама величина прожиточного минимума — чистейшей воды „липа“, установленная вопреки логике, здравому смыслу, да и закону тоже?
А раз так, то незаконны и все социальные программы, бюджет, и вся социальная политика украинского государства. И тогда получается, что преступно само государство? Ведь государство легитимно, если его политика соответствует основным ценностям общества и обеспечивает нормальную жизнедеятельность всего населения. А не только высокооплачиваемой прослойки финансистов, политиков, чиновников и воров.
Как это ни парадоксально, но первым свой приговор о преступной сущности нашего государства выносит Госкомстат Украины. Как известно, с 1991 года население Украины сократилось на 6 млн человек, в стране самый высокий в Европе уровень заболеваемости сердечно-сосудистыми болезнями, онкозаболеваниями (и смертности от них), свирепствуют эпидемии туберкулеза, СПИДа, наркомании, алкоголизма и пр. И это еще очень мягкий приговор — поскольку данные Госкомстата не учитывают заробитчан, уехавших за пределы Украины. По разным оценкам, их 3-7 миллионов человек. И такой разброс данных говорит только о том, что анализом проблемы никто всерьез не занимается. А ведь это не менее серьезная беда, чем естественная убыль населения — потому что уезжает наиболее трудоспособная его часть. А поскольку из украинских мигрантов не менее 70% — нелегалы, то большинство из них вернутся в Украину. К пенсии. И лягут дополнительным бременем на социальные программы.
Приговор
И что же мы имеем в „сухом остатке“? Во-первых, сокращение численности населения страны. Попросту говоря, вымирание из-за невозможности значительной части людей обеспечить нормальный уровень своего существования (отсутствие работы и медобслуживания, мизерные зарплаты и пенсии, плохое питание). Во-вторых, выдавливание трудоспособного населения за пределы своей страны. По тем же причинам. А это в будущем практически гарантирует невозможность государственного обеспечения пенсионеров. То есть, опять же, его вымирание.
Ну и как можно оценить такой „сухой остаток“? Оценка, вообще-то, есть. Это — „предумышленное создание для какой-либо группы таких жизненных условий, которые рассчитаны на полное или частичное ее физическое уничтожение“. Формулировка придумана не нами. Это пункт С статьи 2 „Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказания за него“, вступившей в силу 12 января 1961 года.
Это и есть приговор тому, что было сотворено в Украине за последние два десятилетия, которые прошли от зарождения демократических надежд до реального геноцида. Единственное отличие — в нашем случае следует говорить не о „группе“ (национальной, этнической, религиозной), а о населении страны в целом. Но меняется ли от этого суть?
|
